Меню сайта

Категории раздела
Последние события [56]
Новости компаний [9]

Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 55

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Главная



Вы вошли как Гость | Группа "Гости" |

Пятница, 22.09.2017, 23:30

Главная » 2009 » Октябрь » 6 » Памяти Бориса Павлова
20:16
Памяти Бориса Павлова

Москва

19 сентября, в субботу в московском метро от обширного инфаркта скончался
директор Галереи на Солянке, историк кино Борис Павлов



Ссылка для скачивания видео:
http://files.solgallery.ru/Matherials/Video/Boris_Pavlov.mpg

За неполных семь лет новой жизни Галерея на Солянке, прежде почти незаметная на культурной карте Москвы, стала невероятно живым и популярным местом. Здесь одна за другой открывались громкие выставки — прежде всего, те, которые имели отношение к двум главным страстям нового директора: анимационные (Павлов много лет проработал в Музее Кино, курируя неигровое и анимационное кино) и фотографические (из Музея Кино в начале нулевых годов Павлов перешел в заместители к Ольге Свибловой, став главным хранителем Московского дома фотографии). Павлов выстроил целую галерею славы российских аниматоров — ретроспективная выставка Федора Хитрука собирала тысячи посетителей ежедневно, а постоянные художники галереи — например, Михаил Алдашин или Иван Максимов — показывали на Солянке все свои новые работы, напоминая широкой аудитории, что удел анимации — не только кинозал, но и музейные стены. Как раз Павлову и удалось превратить «Солянку» в своего рода музей современной анимации. Другие знаменитые выставки на Солянке тоже имели прямое или косвенное отношение к кино. Особенно это стало важно с потерей Музеем Кино собственных стен. На стенах Солянки, переняв эстафету, стали показывать графику Федерико Феллини, акварели Рустама Хамдамова, редкие винтажные портреты Марлен Дитрих и даже шедевры выдающегося оператора Урусевского. Много показывал Павлов и выдающихся фотографов — от последней прижизненной фотосессии Хельмута Ньютона до внезапных портретов русского британца Саши Гусова, от фотографических поэм Владимира Мишукова (Солянка открыла Москве это имя) до маньеристских провокаций китайских братьев Гао. Расширяя концептуальные рамки галереи, Павлов не побоялся пойти в буквальном смысле вглубь — два года назад стараниями Павлова Солянка получила новое подземное пространство, так и названное Павловым — «Катакомбы». Здесь получили свою площадку молодые современные художники, как российские, так и западные, а на вернисажах в «Катакомбах» стала собираться совсем молодая и новая для современного искусства публика.

Наиболее важные научные работы Павлова исследуют истоки мировой анимации. Именно он первым открыл для России имя Александра Алексеева, изобретателя игольчатого экрана. Павлов же много писал о великом Цехановском, которому кинематограф обязан рядом важнейших открытий. Он стал летописцем и собирателем фондов Юрия Норштейна, Федора Хитрука, Эдуарда Назарова и других главных аниматоров России.
Он работал без выходных, потому что кроме галереи у него всегда было множество проектов. Он был членом жюри крупнейших фестивалей анимации (от Лейпцигского до украинского «Крока»), отсматривал фильмы для премий и конкурсов и вообще являлся одним из моторов анимационного мира.

На прошлой неделе, по своей давней привычке — работать, пока все не будет закончено, — Павлов вешал выставки без остановки почти двое суток. Он готовился к открытию Третьей московской биеннале и, выйдя с работы в субботу вечером, отправился к друзьям-аниматорам — на метро, где его и настиг инфаркт.
Он как будто забыл, что до 70-летия ему оставались считанные месяцы и что впереди — десятки запланированных выставок и масса новых имен, которые предстояло открыть.


Борис Дмитриевич Павлов родился в Таганроге за полтора года до войны. В первые дни войны его отец, Дмитрий Иванович Павлов, организовывал эвакуацию оборудования завода и погиб на корабле, снарядом ему оторвало руку, и он бросился в воду, чтобы доплыть до берега, но не смог.
Семья осталась без кормильца. На руках у молоденькой матери, Айши Абдуловны Султанбековой, было двое маленьких детей, полуторагодовалый Боря и шестимесячная Ира. Перед приходом немцев осиротевшую семью из жалости эвакуировали в Сибирь вместе с заводом. Поезд представлял собой товарняк с нарами. По дороге у маленького Бори началась диспепсия, надежды на спасение не было, ни врачей, ни лекарств. Он лежал без движения на верхних нарах, и мать поставила рядом с ним единственное, что удалось добыть в дороге на остановке – чайник с пивом (рассчитывая поменять на еду). Когда она поднялась к ребенку посмотреть, жив ли он, мальчик крепко спал. Чайник с пивом был пуст. Ребенок выпил все и таким невероятным образом спасся. Это семейная легенда, которую любила рассказывать Айша Абдулловна.
Всю войну мать проработала на заводе, умную и красивую молоденькую женщину назначили секретарем главного технолога, Михаила Григорьевича Штанко. После войны Михаил Григорьевич женился на своей секретарше и стал любящим отцом для маленьких сирот. Он защитил диссертацию и долгие годы проработал деканом одного из факультетов технологического института, который впоследствии закончил Борис Павлов.
После окончания института Борис уехал работать в академгородок в Сыктывкар, а затем перебрался в Обнинск, где устроился в клинику, в отделение радиобиологии. Там, в лаборатории, он облучал подопытных мышей с научными целями. Он, благодаря своему доброму, общительному характеру, приобрел много друзей и стал заместителем секретаря комсомольской организации института, подготовил кандидатскую диссертацию. Его все любили, прочили ему блестящую научную карьеру. Однако молодые сотрудники отдела радиобиологии знали, что в клинике тайно ставят опыты над людьми, назначая наобум дозы облучения разным группам, наблюдая за течением болезни и используя результаты этих экспериментов для своих докладов и диссертаций.

Вскоре карьерный рост молодого научного сотрудника оказался под вопросом. Его громкие высказывания на конференциях, все его протесты, свободный образ мыслей привели к тому, что ему пришлось уйти из клиники и буквально бежать из Обнинска.
Борис Павлов в это время познакомился с диссидентами, группой молодых философов, в которую входил замечательный мыслитель, впоследствии известный Всеволод Всеволодович Катагощев. Они собирались на квартире у Олеси Александровны Запальской, молодого биолога.
Не будем забывать, что тогда были запрещены многие книги, в том числе и не только всевозможные философские труды, но и художественная литература, если она была издана на Западе.

За чтение и распространение их давали от двух до пяти лет лагерей. А город Обнинск, столица первой атомной электростанции, был режимным объектом.
В дом Олеси из Москвы друзья привозили целые сумки с книгами, изданными за границей. Это был труды философов, Бердяева, Ильина, Франка, Сергия Булгакова, Флоренского. Это были книги Джойса и Набокова, сборники Галича. В сущности, совершенно безобидные вещи, но обнинские власти боялись всего.

За Борисом Павловым началась слежка. Его несколько раз вызывали для допросов.
Он бежал, оставив все в Обнинске, жену, квартиру, работу, диссертацию.
Он скрывался в Москве у друзей, иногда ночевал у сестры Иры, но боялся навлечь на них неприятности. Он устроился работать в парк имени Горького грузчиком при кафе, таскал ящики, сорвал спину. Голодал.

Пришлось искать работу полегче. Его взяли ночным дежурным в университетское общежитие. Там он немного прирабатывал, делая для вьетнамцев и других безграмотных студентов курсовые работы. В благодарность они его подкармливали рисовым супом. А для своей внось обретенной подруги, дочери исландского посла, он написал дипломную работу по исландской саге. Кроме того, он переводил на русский рок-оперу Jesus Christ Superstar.

В семье исландского посла Борю Павлова очень полюбили, он частенько там жил, ему подарили джинсовый костюм, большую редкость для тогдашней Москвы, и дочери посла даже собирались перевезти бедного философа в багажнике дипломатической машины в Финляндию.
Но в это время он уже познакомился со своей будущей женой, запрещенной писательницей Людмилой Петрушевской, и ее маленьким сыном. Надо заметить, что все дети друзей мгновенно становились его собственными детьми, и Кирилл Харатьян, десятилетний мальчик, да еще и в то время тяжело больной корью, был тут же взят под опеку Бори.

Через год родился и собственный мальчик, Федор.
Борис Павлов работал и сторожем в гараже, и ночным дежурным при слесарной мастерской в больнице, но главным его трудом было изучение философии и участие в правозащитных изданиях. Он и его друзья, Всеволод Катагощев, Олеся Запальская и Глеб Онищенко, пытались даже основать партию, главным делом которой было национальное покаяние и требование Нюрнбергского процесса над палачами народа. (Разумеется, такая отчаянная партия не прошла пятипроцентный барьер).

Это еще не считая воспитания детей и всевозможной помощи друзьям, родным и близким.
Он также был первым читателем всего, что писала его жена, на протяжении почти двадцати пяти лет.
Семья жила в бедности, и однажды, пойдя на день рождения к племяннице своей подруги, Боря вернулся домой без своей исландской джинсовой куртки: нечего было подарить ребенку, и он снял ее с себя.

Когда началась перестройка, друзьям (Лане Алесандровне Азарх и Светлане Миль) удалось устроить Бориса Павлова в Музей Кино, в отдел мультипликации.
Здесь он стал настоящим ангелом-хранителем для художников и режиссеров анимации. Он воскресил имя Цехановского. Ему удалось также совершить настоящее открытие – устроить выставку забытого в России эмигранта, новатора двадцатых годов Алексеева- это были иллюстрации к «Анне Карениной». Также впервые Борис Павлов показал в Москве его фильмы, снятые на изобретенном Алексеевым игольчатом экране. Шли даже переговоры, чтобы купить в Англии для музея оригинал игольчатого экрана, но в это время у Бориса Павлова начались опять неприятности: он прилюдно, на собраниях, спрашивал у руководства, куда делись огромные деньги, заплаченные компьютерщикам, которые должны были сделать базу данных музея. Ни денег, ни базы данных не было. Борис предлагал, что сам сделает, и бесплатно, базу данных (он единственный в музее хорошо разбирался в компьютерах, будучи по профессии инженером). Вместо этого ему пришлось уйти. Затем его взяли в другой музей, и там тоже характер этого человека дал о себе знать, полная неразбериха, царившая в фондах, отсутствие системы, авральные методы в подготовке выставок, отношение к работникам – все вызывало у него праведный, неудержимый гнев. Пришлось уйти и оттуда. Затем, ненадолго, он оказался в подчинении у друга своих студенческих лет, владельца огромной империи, миллиардера. Это было самое тяжелое время для семьи. Всегдашняя преданность Бориса друзьям, в том числе этому своему бывшему однокурснику (который, когда у Павлова были неприятности с КГБ, запретил ему даже звонить, причем в резкой форме, поскольку сам был связан с этой системой) встретились с отпором со стороны жены. Она не могла простить магнату его предательства и, самое главное, теперешнего стремления шефа сделать из старого друга верного раба — магнат даже заставлял Бориса увольнять неугодных сотрудников со словами «нет, это не казнь». Все это привело к тому, что супруги расстались после серебряной свадьбы.

Через год миллиардер внезапно продал свое предприятие, и Боря опять остался без работы.
Но старые друзья и друзья сына помогли: он стал директором галереи на Солянке, которая до тех пор влачила жалкое существование.
И начались выставки – одна другой интереснее. Перечень их можно составить, но самое главное в новизне этих экспозиций. Как правило, они соединяли в себе и мультипликацию, и изобразительный материал, и сделаны были изобретательно, новаторски. Толпы народа заполняли галерею и в дни вернисажей, и в обычное время.

Борис Дмитриевич Павлов стал любимым другом и покровителем всех организаторов анимационных фестивалей, членом жюри и отборочных комисий. Они собирались у него в галерее перед фестивалями, отсматривали материал. Это был их родной дом.
Сейчас все осиротели – его дети, сестра Ира, жена, все родные, друзья, сотрудники, те, кому он помогал и кто его любил. Ушел по-настоящему родной всем, добрый и великодушный человек.
Торопился к друзьям, упал в метро, сердобольные люди остановились около него, помогли умирающему, вызвали скорую, позвонили по его телефону тем, кому он недавно звонил.

Как говорят в Индии, великие уходят незамеченными.
Комментарии (0)


Источник: http://solgallery.ru/publications

Категория: Последние события | Просмотров: 1341 | Добавил: ersergei | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Поиск

Календарь
«  Октябрь 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

Архив записей

Copyright MyCorp © 2017 Бесплатный конструктор сайтов - uCoz